Зарекайся от чумы

Марина Давыдова, Время новостей, 18.11.2005
В театре «Эрмитаж» вышел спектакль «Пир во время чччумы». Кроме почти одноименного произведения А. С. Пушкина в нем можно обнаружить нарезку из других маленьких трагедий, лирику поэта, его же письма Геккерену и еще много чего интересного.

Талантливый, но безудержный главреж «Эрмитажа» Михаил Левитин в своих последних постановках все больше напоминает человека, который, начав говорить, отчетливо помнил, что именно собирался сказать, но по ходу говорения потерял нить повествования и начал рассуждать уже обо всем, что попадалось на глаза. Приложив нешуточные усилия (так архивист восстанавливает рукопись по разрозненным страницам черновиков), можно попытаться первоначальный замысел реконструировать.

Дело в том, что у Левитина есть две, но пламенные страсти — обэриуты и Пушкин. В этом утверждении конечно же содержится парадокс: ведь творчество Пушкина неизменно предстает в нашем сознании царством гармонии, творчество обэриутов (от Хармса до Введенского) — юдолью дисгармонии и алогизмов. И нет, казалось бы, ничего более непохожего и далекого. В «Пире во время чччумы» великий русский поэт и знаменитые русские абсурдисты удивительным образом протягивают друг другу руки.

Сама структура этого спектакля продиктована обэриутским абсурдом. Маленькие трагедии смотрятся тут коротенькими комедиями. Герои Пушкина, как любовники из анекдотов, то и дело вылезают на подмостки из старых шкафчиков. Суетливо бегают по сцене. Часто приплясывают от избытка чувств. Похожий на закованного в латы индюка рыцарь жалуется ростовщику на скупого отца. Похожая на клоунессу Мери в рыжем парике поет жалобную песню. Моцарт взлетает вдруг под колосники, чтобы в порыве вдохновения сыграть на перевернутом вверх тормашками рояле. Ватага юнцов, один из которых отчаянно напоминает солнце русской поэзии в лицейские годы, восхищается игрой старлетки Лауры. В какой-то момент из-за кулис выходит человек с чемоданом и читает вдруг «Элегию» Введенского. Вальсингам в исполнении Дарьи Белоусовой наблюдает за всем этим безобразием, восседая в зале на специальном подиуме. Иногда кажется, что режиссер специально сбивает публику с толку, опасаясь, что его сокровенная мысль будет все же понята некоторыми не в меру пытливыми зрителями. Мысль, однако, есть, и она, по моему слабому разумению, такова.

То и дело отвлекаясь на гэги, непоследовательно, но очень настойчиво Левитин разворачивает перед нами основную коллизию пушкинской поэзии: жажда жизни и понимание ее греховной бренности. Ведь удивительно, насколько молодая пушкинская лира не приемлет религиозных, нравственных и прочих пределов, положенных нашим делам, порывам, вдохновению. Как упорно утверждает она за человеком право, как скажет другой поэт, «жить, думать, чувствовать, любить, свершать открытья». Но вот спустя годы та же лира поет про «однозвучный жизни шум», а также «я вяну жертвою страстей» и «страх живет в душе, страстьми томимой». Именно этот мучительный диалог поэта с самим собой и разложен в спектакле на много голосов. В каждом из отрывков, пусть на разные лады, мы видим одну и ту же оппозицию: стихия жизни против усмиряющей ее воли. Жадному до всего молодому рыцарю противопоставлен его скупой отец. Стихийному гению Моцарту — певец разумного порядка Сальери. Ветреной и недалекой Лауре — напоминающий ей о скоротечности жизни Дон Карлос, который у Левитина вопреки Пушкину немолод и лыс. Наконец, самому Вальсингаму (он тут, ясно как день, alter ego самого режиссера) — увещевающий пирующих священник. Героем этого «Пира», если задуматься, вполне мог бы оказаться сам Пушкин, ибо это конечно же спектакль о нем, вдохновенном певце страстей, в них видевшем смысл бытия и вдруг усомнившемся в этом смысле. Мучимый противоречиями Вальсингам, а вместе с ним и сам режиссер все же выбирают в финале гимн чуме. То есть полноте и буйству жизни. В незавершенном споре Пушкина с собой поставлена жирная точка. И возразить тут, право, нечего. Разве пожелать, чтобы сценическое буйство самого режиссера не превращалось порой в его спектакле в пугающую и не очень заразительную «чччуму».

Другие ссылки

Театр «Эрмитаж». Утренние мысли о ЧЧЧуме, Алена Аксенова, Культура Сибири, 9.06.2007
«Тесней наш верный круг составим. ..», Евгения Тропп, Газета Экран и сцена, 1.03.2007
Театр начинается с Пушкина, Городская газета для жителей Пскова, 14.02.2007
ЧЧЧума на оба ваши века, Наталия Каминская, Газета Культура, 11.01.2006
Хочу только веселья, Александра Лаврова, Российская газета, 27.12.2005
К юбилею Михаила Левитина, Павел Подкладов, Радио «Свобода», 22.12.2005
Преодоление чумы, Наталья Николаева, Литературная Россия, 16.12.2005
Театр во время чумы, Алена Данилова, Взгляд.ру, 12.12.2005
Книга с золотым обрезом, Анастасия Томская, Театральные новые известия, 6.12.2005
Пир во время ЧЧЧумы. Фрагменты, Анна Гордеева, Таймаут, 21.11.2005
Домашние игры призраков, Анна Гордеева, Время Новостей, 18.11.2005
Зарекайся от чумы, Марина Давыдова, Время новостей, 18.11.2005
Чччума в Каретном Ряду, Игорь Шевелев, Российская газета, 16.11.2005
«Эрмитаж» жив!, Гордон Марина, «Алеф», 29.09.2005
Открытие сезона театра «Эрмитаж», Телеканал «Культура», 10.08.2005