« В поисках языка спектакля мы объединили речи писателей с некоторыми их произведениями, одновременно пытаясь воссоздать в звуке, в слове, в пространственном решении не только моменты съезда писателей, но и как бы звуковой образ времени. И тут документальный театр помогает в создании самого главного компонента этого образа — ритма, совершенно особого ритма, присущего литературе 20-х годов. Ведь какой бы яркой инивидуальностью ни отличался тот или иной писатель, есть в них и нечто общее — и прежде всего это общее выражается в ритме слова, в ритме фразы,в особом подходе к слову, в особой, я бы сказал, четкости интонации. Мне даже порой казалось, что мы занимаемся такой своеобразной звукописью, во всяком случае, для меня лично образ спектакля, искомый нами, представлялся таким, как если бы полотна наиболее ярких художников того времени — Татлина, Малевича, Филонова — вдруг зазвучали, получили воплощение в слове.
Так возникла система шепотков — звуковых рефренов, проходящих через каждую сцену и в какой-то момент собирающихся в единую небольшую сюиту. Они звучали в исполнении фольклорного ансамбля Дмитрия Покровского и замечательной певицы Елены Камбуровой. Так возник образ радио, непрерывно вторгающийся в ткань спектакля и тоже знаменующий собой время. Как известно, съезд писателей едва ли не впервые в нашей стране записан не студийно, а через радиопередвижку, и это было значительным событием для того времени.
По тому же принципу отбирались и произведения, использованные в спектакле. Они не иллюстрируют, так сказать, классиков советской литературы, а как бы переносят на язык сцены, на язык игры мысли, прозвучавшие в выступлениях на съезде!».