Энциклопедия русской жизни

Александр Ширвиндт и Михаил Державин в спектакле «Привет от Цюрупы»

Марина Давыдова, «Время MN», 13.09.1999
В каждой стране есть люди, умеющие смешить с эстрады. В нашей стране подавляющее большинство из них считает себя драматическими артистами. Для самых известных и, безусловно, самых талантливых из этих артистов — Ширвиндта с Державиным — желание стереть грань между театром и эстрадой давно уже стало идефиксом. «Я мог бы стать Шопенгауэром, Достоевским», — кричит чеховский дядя Ваня. «Мы могли бы быть героями Островского, Сервантеса, Пушкина», — готовы были воскликнуть неразлучные комедианты в спектакле"Счастливцев-Несчастливцев по пьесе Григория Горина. Рассказывают, что они буквально упросили его написать эту пьесу об эстраде, всепожирающем Молохе, требующем от них все новых и новых жертв. В нынешней премьере примерно та же коллизия. Ширвиндт во имя торжества драматического искусства сделал себя до неузнаваемости некрасивым (в косматой полуседой бороде и длинной вязаной робе он похож на респектабельного бомжа). Напрасная жертва. Разве за искусство перевоплощения мы любим Ширвиндта? Мы любим его как такового — томного, вальяжного и шутящего как бы невзначай.

Впрочем, одержимое служение Мельпомене — это полбеды. Подлинная беда отечественных шутников в другом. Они зациклены на проблемах постижения загадочной русской жизни. Любое западное комик-шоу строится преимущественно на традиционных темах и традиционных гэгах, которыми смешили много веков. У нас нет эстрадных острот без активной гражданской позиции. Повесть Фазиля Искандера, превращенная в пьесу «Привет от Цюрупы» режиссером Сергеем Коковкиным, — квинтэссенция такой эстрады (Михаил Задорнов, разложенный на два голоса). Основную тему распознаешь до начала спектакля просто глянув в список действующих лиц: Александр Ширвиндт — Думающий о России; Михаил Державин — Американец.

Не надо быть Кассандрой, чтобы предсказать: американец окажется честным, но глуповатым, русский — умным, но циничным, Россия — вороватой и непостижимой. Сюжет прост. Представители двух сверхдержав встречаются в холле гостиницы. Американца интересуют здешние реалии. Наш соотечественник выступает в качестве энциклопедии русской жизни. Разговор идет обо всем — законах, традициях, женщинах… Картина — к вящему удовольствию публики — получается неприглядная. Большим успехом пользуются сентенции о том, что наше население делится на думающих о России и ворующих, причем первые в свободное от раздумий время тоже подворовывают. Трудно представить себе, чтобы, скажем, польский зритель пришел в экстаз, услышав, что в Польше — все жулики, но у нас глобальное самоуничижение — главный источник комизма. В итоге выясняется, что Думающий о России — банальный проходимец. Пока он пудрил мозги американцу, жене последнего впаривали фальшивую икону. Финал носит, по всей видимости, компенсаторный характер. То есть мы хоть и в дерьме, а американца все равно сделали. Точнее: мы сделали американца именно потому, что мы в дерьме. Далее мощный режиссерский ход. Кудесники разговорного жанра переползают из мира дольнего в мир горний (переползают буквально — через дыру в стене), оказываются в космическом пространстве, где навстречу им летят планеты, и их думы о России приобретают метафизическое измерение. 

Оставим сюжет и «режиссуру» на совести Искандера с Коковкиным. Актеры, к счастью, иногда оставляют драматические потуги и отдаются своей стихии. В такие минуты вздыхаешь с облегчением. Природу не переспоришь. В особенности природу таланта. Да и стоит ли? Все-таки умеющих качественно и по-эстрадному легко смешить у нас куда меньше, чем ворующих и уж тем более думающих о России. 

Другие ссылки

Энциклопедия русской жизни, Марина Давыдова, «Время MN», 13.09.1999
Дуэт от Цюрупы, Роман Должанский, «Коммерсант», 11.09.1999